Дмитрий Смоленский
Суматошный юбилей

Часть I. Суматошный юбилей

Глава 1. Яблочный пирог

Этот вечер в доме спасателей начинался довольно обычно. Рокки прочно уселся в кресло перед телевизором и упрямо делал вид, что смотрит бейсбол. Проведенный в хлопотах и беготне по городу день давал о себе знать усталостью и гудящими ногами. Веки казались свинцовыми, и несмотря на неимоверные усилия, прикладываемые Рокфором, чтобы удержать их в нормальном положении, неумолимо стремились сомкнуться. Иногда это им удавалось, и тогда вместо бегущих по полю игроков и кричащих в азарте зрителей Рокки видел розовые, мягко струящиеся облака, похожие на пену при варке малинового варенья. Он медленно и неотвратимо в них погружался, уже чувствуя приторно-сладкий запах, но прежде, чем скрыться с головой, спохватывался. Очнувшись от накатывающей дремоты, Рокфор украдкой оглядывался – не заметил ли кто его маленькой слабости – и, маскируя ее, кричал на всю гостиную:
– Эй, вы только посмотрите! Как он ударил, как ударил!
Вжик, до того спокойно ползавший по раскрытому на полу детскому журналу, в такие моменты испуганно подскакивал, а его друг с чувством честно выполненного долга тут же застывал в кресле.
На кухне была Гаечка. Выставив из нее Чипа с Дейлом и накрепко заперев за ними дверь, она заявила, что таких помощников ей больше не нужно. Конечно, с бурундучками, нарядившимися в кружевные фартуки с вышитыми ромашками, было намного веселей: они непрерывно подшучивали друг над другом, мазались мукой и пытались так потешно жонглировать ложками, что белочка покатывалась со смеху, глядя на их фокусы. Однако со вчерашнего обеда, когда всем пришлось есть трижды посоленный суп и трижды поперченное мясо, маленькая изобретательница стала намного осторожней.
Из комнаты Дейла доносились приглушенные крики, периодически переходящие в невнятную речь. Даже прислушавшись, нельзя было понять на каком она звучала языке. Обилие мяукающих звуков могло бы напомнить китайский, но было доподлинно известно, что Дейл им не владеет. Он и на родном-то языке не всегда выражался связно. К тому же, иногда там как будто стрелял пистолет, а иногда раздавался звук падающего тела. Если бы не уверенность спасателей, что телевизор присутствует в их жилище в единственном числе, легко могло создаться впечатление, что Дейл смотрит очередной боевик, включив громкость на полную катушку.
Чип примостился в углу со своим блокнотиком. Вооружившись маленьким карандашным огрызком, он почесывал им нос, хмурил лоб, сдвигал на затылок шляпу. Словом, создавал впечатление серьезного и глубоко занятого человека. Несколько раз, вздрогнув после особенно сильного грохота из комнаты Дейла или вскрика Рокфора, он поднимал голову. Но тут же возвращался к прерванному занятию, продолжая покрывать бумагу крошечными буковками. Хроника подвигов спасателей, начатая им уже неделю назад, явно продвигалась к завершению.
Наконец, он не выдержал.
– Вжик, ты случайно не знаешь, что там происходит?
Вжик, как всегда, все знал. Он оторвался от цветных картинок и в нескольких жестах, выпучив глаза, надув щеки и стреляя из воображаемых пистолетов, поведал Чипу о борьбе его друга со страшными инопланетными чудовищами, вторгшимися на Землю.
– Значит, он уже не человек-паук? А жаль, тогда было намного тише!
Вжик пожал плечами. Он-то что тут мог поделать!
Вдруг открылась дверь и появилась Гайка с большим круглым подносом в руках. Восхитительный аромат яблочного пирога разнесся по комнате. Едва он коснулся чуткого носа Рокки, как тот подскочил, словно ужаленный.
– Гаечка, милая, что я вижу! – никто, глядя на него, не сказал бы, что еще секунду назад он сладко дремал. Рокки азартно потирал руки, а глаза его так и сияли. – Ну, если вкус этого пирога окажется так же хорош, как и его запах, значит, ты сумела заткнуть за пояс самого старика Рокфора!
Вскоре он уже сидел во главе стола.
– Вжик, что ты там мельтешишь! Давай-ка быстро за Дейлом, иначе он может пропустить самое интересное!
Вжик забарабанил в дверь кулачками. Та распахнулась, и появился опоздавший. Впрочем, Дейл больше напоминал инопланетянина. Выкрашенные оранжевой акварельной краской, его взлохмаченные волосы торчали во все стороны, мордочка стала странного зеленого цвета, а весь он был замотан в белую тогу, сделанную из простыни.
– Что? Уже? Я готов! – затараторил он, подбегая к столу и с ходу втискиваясь между Рокфором и Чипом. – Мне вот этот кусочек, из серединки, там яблок больше!
– Дружок, — отшатнулся от него Рокки, — кто это тебя так отделал? Уж не заболел ли ты, малыш?
– Быстро в ванную, Дейл! – возмутилась Гайка. – Ты не получишь ни крошки, пока не приведешь себя в порядок! И учти – долго мы тебя ждать не будем!
Бурундучок не стал спорить и исчез с такой быстротой, что оставшиеся за столом в изумлении начали протирать глаза. Когда же открыли их, Дейл уже сидел на месте, отмытый, мокрый и сияющий.
– Ну что ж, приступим? – потянулся к пирогу Рокфор.
– Одну минутку! – поднялась с места Гаечка. – Если уж у вас такая короткая память, то я должна кое-что напомнить!
– Что именно? – недовольно протянул Рокки. – Ты всегда, Гайка, что-то придумываешь в самый неудобный момент. Запомни! Остывший пирог – это уже не пирог, а я долго терпеть не могу — и так живот от голода ноет!
– Ничего с тобой не сделается! – отрезала Гайка. – А вам я хочу напомнить, что завтра будет ровно три года, как организовалась наша команда спасателей!
– Как же мы забыли! – хлопнул себя по лбу Чип, сбив на затылок шляпу. Дейл от изумления открыл рот, а Вжик взлетел и возбужденно заметался по комнате.
– Гаечка права, — задумался Рокфор, — память у нас, действительно, оказалась короткой. Но я предлагаю отметить этот день как-нибудь по-особенному, например, устроить выходной и сходить с экскурсией на кондитерскую фабрику…
– Лучше в технический музей! – перебила его Гайка.
– В кино! В кино! – закричал Дейл, опрокидывая стул и начиная бегать вокруг стола. – Там идет такой фильм! Он его – бах! И тот вылетает в окно – трах! И тут полиция с автоматами: та-та-та-та!..
– Замолчи! – завопил Рокки, затыкая уши. – Давайте лучше продолжим спор после ужина. На сытый желудок всегда приходят самые хорошие идеи!
– Ты прав, Рокки, — согласилась Гайка. – Нам всем нужно немного успокоиться…
Они разрезали пирог, но только к нему приступили, как Чип насторожился и повернулся к не выключенному телевизору.
– Внимание! – сказал он, а Вжик уже подлетел и подкрутил ручку громкости. Еле слышно бормотавший на экране диктор сразу заговорил нормальным человеческим голосом.
– …Итак, господа, завтра, ровно в десять утра, известный профессор Нимнул…
– Нимнул!! – ахнули в один голос спасатели.
– …совершивший в последние годы целый ряд необычных открытий и доставивший этим немало хлопот нашей городской полиции, собирается представить на суд общественности новое творение своей мысли. На этот раз он гарантирует полную безопасность аппарата и безусловную его полезность. По некоторым непроверенным данным, эта машина, названная автором интригующим именем “Потоп”, может производить абсолютно все, от самой лучшей обуви до пирожных с шоколадным кремом. Быть может, благодаря профессору Нимнулу мир достигнет, наконец, всеобщего изобилия! Спешите! Завтра, ровно в десять часов утра, лаборатория профессора Нимнула распахнет свои двери для всех желающих!..
Передача уже закончилась, а команда спасателей все еще сидела растерянная и безмолвная. Наконец, Рокки проглотил кусок пирога, забытый во рту, машинально взял второй из тарелки Дейла и откусил от него.
– Вот! – закричала Гайка. – Вот то, что нам нужно! Завтра там будет весь город, и разве спасатели могут остаться в стороне от такого важного события? Мы должны оказаться в лаборатории самыми первыми, все разузнать и все увидеть!
– Да!.. – выдохнул Дейл. – Вот это фокус! Кто бы мог подумать, профессор Нимнул – и вдруг такое открытие! Может быть, он действительно исправился?
– Не нравится мне все это! – упрямо пробормотал Чип, надвигая шляпу по самые брови. – Никогда еще Нимнул не сделал ничего полезного. Все его изобретения – сплошное жульничество! И это название – “Потоп”… Ведь от него так и пахнет катастрофой!
– Ты несправедлив, Чиппи! – остановила его Гайка. – В каждом зверьке, и даже в человеке, должно быть заложено что-то хорошее. Только иногда оно спрятано так глубоко, что может вырваться только раз в жизни!..
– А иногда, как у Нимнула, задыхается в этой глубине еще в детстве! – сердито возразил Чип.
– Решено, ребята! – подвел черту под спором Рокки. – Завтра идем смотреть эту машину. А сейчас… давайте-ка, закончим ужин! Скажи честно, Гайка, есть у нас еще что-нибудь на добавку?

Глава 2. Злоумышленники

Ночь была уже на исходе, когда Крот закончил рыть подземный ход. Пока он, громко сопя, разбирал мраморные плитки пола, Толстопуз обливался потом в темноте прохода.
Здесь было так тесно и душно, что он был готов бросить все и ползти обратно. Острые камни впивались в тело, над головой нависали многие метры готовой обрушиться земли, воздуха не хватало, и кот судорожно хватал его ртом, как рыба, выброшенная на берег.
А Крот, казалось, ни капельки не торопился, насвистывая сквозь зубы и тихо постукивая чем-то сверху.
Наконец, Толстопуз не выдержал напряжения, и сердито ткнул кулаком Крота пониже спины.
– Ну, скоро там? – прошипел он.
– Сейчас, хозяин, — тихо отозвался тот, — осталась всего одна плитка!
Прошло, наверное, не больше минуты, но Толстопузу она показалась вечностью.