StoneKing
Химия дружбы

Чип в печальной задумчивости стоял над лежащими в гостиной без сознания друзьями, время от времени переводя взгляд с одного спасателя на другого. Гайка лежала на диване, Дейл и Рокфор – в «спальных» носках, а Вжик отдыхал в небольшой плетёной корзинке – ручной работы подарке Тамми.

Сегодня у бурундука был очень тяжёлый день, но он не знал, что его беды ещё только начинаются.

«Если… Когда они очнутся, будут ли они помнить всё, что мы пережили вместе? А что я сам помню?» — спрашивал себя Чип.

Теперь, когда он сделал для друзей всё от него зависящее, у него наконец появилось время задуматься над всем произошедшим. Бурундук до боли в голове напряг память и сжал виски пальцами: воспоминания ему давались явно с большим трудом.

«Кажется, я всё помню, кроме деталей того, как мы попали в этот переплёт».

И бурундук начал восстанавливать в голове события предыдущей ночи.

                    *            *             *            *            *            *            *            *            *            *

Перед мысленным взором Чипа встал образ обширной комнаты с большим количеством длинных столов, небольших полок и шкафчиков, где размещалось самое разное оборудование скрытого от большинства непосвящённых назначения. Больше всего помещение напоминало небольшую лабораторию, по каким-то причинам ютившейся в пределах обычной жилой квартиры.

Последние сомнения о назначении странной комнаты развеивал сидящий за одним из столиков неприятной внешности, низкий, толстый пожилой человек с редкой рыжей шевелюрой в белом халате. Нортон Нимнул, а это был он, уже, видимо, не в первый раз неутомимо вслух распространялся о своём очередном гениальном плане:

— Этот сильнейший яд забвения обогатит меня! Стоит мне оставить этот подарочек открытым у кого-то из богачей, как тот сразу же обо всём забудет. Его друзья и родственники с ног собьются, чтобы вернуть ему память. И тут на помощь придёт великий Мементор, ха-ха! Хм, хотя нет, надо ещё подумать над звучным псевдонимом… Но это не важно! Важны только деньги, которые мне заплатят за противоядие, ха-ха!

Получение упомянутого противоядия как раз и было главной задачей спасателей в тот день, насколько мог вспомнить Чип. Но когда он планировал это мероприятие, он кое-чего не учёл. Но это ему предстояло узнать не тогда и не сейчас.

Только Гайка немного приблизилась к рабочему столу, за которым сидел Нимнул, как что-то на нём громко пискнуло.

— Что? Грызуны? – отреагировал он на шум, судя по всему, особой сигнализации собственного изготовления. — Сейчас я им…

Со свойственной движениям профессора резкостью он неудачно развернулся на стуле перед тем, как подняться, и задел локтем одну из склянок с изумрудного цвета жидкостью, стоящую на самом краю стола. Неустойчивая химическая посуда полетела вниз и разбилась вдребезги, подняв тучу едкого дыма.

— О нет, только не это! – завопил Нимнул. — Нужно срочно избавиться от этого газа.

— Задержите дыхание! Мы должны бежать отсюда! – скомандовал Чип.

Спасатели молча кивнули и последовали за своим командиром, который быстрым шагом направлялся в сторону широкого окна.

Тем временем Нимнул бросился к выключателям на стене, один из которых, очевидно, должен был активировать работу вентиляции, но, не дойдя до них пары шагов, он вдруг зашёлся хриплым кашлем и упал навзничь. Чип, который уже встал под самым подоконником, увидел это краем глаза и с тревогой оглянулся на друзей. Увиденная картина повергла его в шок.

Рокфор шёл медленным шагом, не преодолев и половину пути, и нёс на правом плече Гайку, а левой лапой он придерживал за пазухой бессознательного Вжика. Дейл же стоял рядом с Чипом, но весь вид его говорил о том, что он был уже на грани того, чтобы отдаться в плен жуткому действию яда, парализующего тело и память.

— Дейл, там… — указывая ему за спину, пробормотал Чип.

— Я знаю. Мы их спасём, но позже, — коротко ответил Дейл необычно серьёзно, будто забыв о своём беззаботном характере. Он сложил свои лапы друг на друга ладонями вверх и вытянул их в направлении Чипа.

Тот понял друга без слов и, оттолкнувшись от созданного Дейлом импровизированного трамплина, высоко подпрыгнул и вскарабкался на подоконник.

— Забудь обо мне! – услышал Чип крик своего задыхающегося друга. Дейл силился добавить: «Спасайся сам, а потом возвращайся за нами», но его слова потонули в кашле. Когда Чип в страхе свесился вниз, он увидел, что его друг уже лежит без сознания, как так и не дошедший до окна Рокфор. Но здравый смысл не дал отчаянию командира захватить контроль над его действиями. Он знал, что тем, что поляжет здесь рядом с друзьями, он им никак не поможет, а потому решительно направился прочь из лаборатории. Но перед тем, как выскользнуть наконец через окно на улицу, Чип успел вдохнуть самую малость ядовитого газа: чтобы избежать этого, ему не хватило всего пары секунд. Единственного вдоха этой летучей гадости было недостаточно, чтобы инициировать необратимую потерю памяти и парализовать сознание, но и небольшое его количество, попав в лёгкие бурундука, оказалось способным размыть для него события рокового дня и ослабить его маленький организм.

Дальше была гонка за выживание друзей. Никому, теперь даже самому изобретателю этого яда забвения, не была известна зависимость длительности воздействия газа на память и, главное, на жизнь поражённых им существ. Поэтому действовать предстояло быстро.

Метнувшись за запасным арбалетом к махолёту, оставленному накануне происшествия на балконе, Чип вернулся назад к приоткрытому окну и стал прицеливаться из гайкиного изобретения в тот самый заветный двойной выключатель, расположенный на противоположной стене лаборатории на приличном от бурундука расстоянии. Задержав дыхание, чтобы не вдохнуть яда и точнее прицелиться, командир навёлся на цель и выстрелил.

Присоска попала в намеченную стрелком мишень, но, к сожалению, Чип не угадал. Вместо того, чтобы активировать вытяжку, он погрузил комнату в темноту. Теперь выключателя не было видно совсем. Чип весь покрылся холодным потом от охватившего его в мгновение ока липкого страха – он осознал, что только что своими лапами оборвал тот тонкий волосок надежды, на котором держалось спасение его друзей.

— Без паники! – скомандовал он себе. — Подумаешь, всего одна присоска осталась, и целиться надо вслепую! Ну и что, что от этого выстрела зависит жизнь моих друзей?

Чип сглотнул подступивший к горлу ком. С всё ещё затаённым дыханием он попытался по памяти встать ровно в то положение, из которого производил выстрел в прошлый раз, а затем сдвинул прицел немного влево. Закрыв глаза – толку держать их открытыми всё равно не было – он неуверенно спустил курок.

Характерный скрип заработавшей вентиляционной системы в ответ на его действия показался бурундуку самой великолепной мелодией из всех, что он когда-либо слышал.

С облегчением выдохнув, он отошёл к махолёту, чтобы перевести дыхание и переждать время, требующееся для выветривания ядовитого газа. Но не отсчитал он и трёх минут, как противный дребезжащий компьютерный голос, раздававшийся из невидимых динамиков, известил:

— Проветривание завершено. Концентрация вредных газов не превышает предельно допустимых показателей.

Мысленно поблагодарив профессора за то, что он озаботился оснащением своей кустарной вентиляционной системы встроенным анализатором воздушной среды с голосовым оповещением, Чип, захватив из махолёта верёвку, вернулся в тёмную комнату через приоткрытое окно. Постояв несколько минут в кромешной тьме, он привык к темноте настолько, что мог видеть, по крайней мере, в радиусе десятка шагов. Тем не менее, в процессе предстоящей бурундуку операции он больше полагался на память, чем на зрение: где находились его друзья, он отлично помнил.

С помощью нехитрых, но трудоёмких манипуляций, Чип, применив верёвку вкупе с собственной мускульной силой, в конце концов смог втащить всех спасателей наверх. В процессе этой работы он попутно к своему облегчению убеждался в том, что с каждым из его друзей всё было в относительном порядке.

Не без труда погрузив всех на борт махолёта, командир сел за штурвал и, подняв машину в небо, неуверенно направил её к штабу. Чипа одолевала усталость, он чувствовал слабость и тошноту, но продолжал вести самолёт, стараясь не думать о себе.

                    *            *             *            *            *            *            *            *            *            *

И вот теперь Чип вновь дома со своими друзьями. Но так ли это на самом деле?

Из грустных мыслей, в которые он был погружен всё время с той ночи до самого утра, его вывели голоса отчего-то одновременно пришедших в себя спасателей.

— Как я здесь оказалась, — обращаясь к Чипу, произнесла слабым голосом Гайка.

— Мне тоже хотелось бы это узнать, — проворчал Рокфор, поднимаясь с пола.

Дейл тоже очнулся, но своё удивление выражать словами не спешил. Вжик же пока не приходил в себя: возможно, на мух яд воздействовал несколько сильнее.

— Я вас сюда принёс, — ответил Чип с неприкрытым волнением в голосе. — Вас всех отравили, и боюсь, что вы теперь, наверное, ничего не помните…

— Да нет, я вроде бы всё помню, — почесав в затылке, сказал Дейл. — Всё, кроме того, как я сюда попал.

— Слава богу, — вздохнул Чип с облегчением, — а я уже начал волноваться, что вы забыли меня и то, что все мы – дружная команда…

— Остановись, приятель… — довольно грубо перебил его Рокфор. — Я много кого знаю, но из всех вас – никого. Только…

Австралиец внимательно оглядел Гайку, прищурив глаза, будто пытаясь рассмотреть её получше. Не найдя внутри себя никакого ответа, он мысленно махнул лапой.

— Вы… не помните? — растерянно пролепетал Чип.

— А что мы должны помнить? – непонимающе спросила мышка.

Дейл, тем временем внимательно изучавший интерьер штаба спасателей, вдруг обратился к командиру:

— Эй, как тебя там! Странный у тебя календарь. Запасаешься на два года вперёд?

— Чип. Меня зовут Чип! Я так не могу… — бурундук устало опустил голову и обхватил её лапами.

— Извини, но я должна идти домой, — вежливо сообщила Гайка. — Отец, наверное, очень за меня волнуется.

После того, как Чип услышал эту фразу, он сопоставил её с показавшейся ему сначала бессмысленной репликой Дейла, и его обожгло ужасной догадкой: его друзья теперь принимают за реальность лишь какой-то определённый период своей жизни, имевший место ещё задолго до образования команды спасателей.

«Нет, только не это, — ужаснулся командир. — Она не помнит, что случилось с её отцом. Что же делать?»

— Эээм, не беспокойся, Гайка. Он сейчас в отлёте, обещал вернуться через недельку, — соврал Чип, стараясь произносить слова как можно беззаботнее.

— Наверное, я слишком долго была без сознания: он ведь собирался улетать только следующим утром… — виновато отозвалась Гайка. — Ну, следующим после того, который был до того, как я оказалась здесь… Кажется, я совсем запуталась

— Твой отец приходил ко мне перед самым отлётом. Я убедил его, что с тобой всё в порядке, и я позабочусь о тебе, пока он не вернётся.

«Так безбожно врать ей мне ещё никогда не приходилось, — отметил про себя Чип. — Но это для её же блага».

— Спасибо, ты такой заботливый! Извини, что я так свалилась тебе на голову.

— Да ничего страшного… — смутился Чип. В такие моменты раньше обычно встревал Дейл. Но на этот раз этого весельчака куда больше волновало другое.

— Ух ты, комиксы за будущий год, вот это здорово! Ты прямо как тот супергерой из будущего! – восхитился Дейл и, сев на диван, углубился в чтение, абсолютно прекратив реагировать на происходящее вокруг.

— Нет, это вы из прошлого! Кому-нибудь из вас вообще что-то говорит слово «спасатели»? – предпринял ещё одну отчаянную попытку Чип, впрочем, особо не рассчитывая на успех.

— Нет, приятель, — отозвался Рокфор. — Отродясь никого не спасал, окромя себя, и горе было тем, кто вставал у меня на пути. Вот буквально на прошлой неделе я был в джунглях Амазонки и показал дюжине аллигаторов…

— Рокки, я знаю эту историю, — перебил его Чип. — Ты ещё потом сознался, что их всего-то было двое, и они на самом деле просто забыли про тебя, поскольку передрались между собой.

— Не мог я об этом никому сказать! – возразил силач.

— Но тогда откуда я мог знать правду?

— Это неправда!

— Ладно, неправда, — не стал спорить Чип. — Правда в том, что ты спасатель.

— Дружище, пойми меня правильно. Представь на минутку, что это я к тебе подошёл и сказал, что ты был жрецом вуду в Африке. Ты мне поверишь?

— Но, ээээ… Это…  — растерялся командир.

— Вот и я не верю, — удовлетворённо заключил Рокфор. — Спасибо за гостеприимство, но я должен спешить на корабль.