Гиротанк
Агрессивная терапия / Offensive Care

Бурундук хлопнул по ней ладонью, подтверждая прием, и тронул за плечо сидевшего на краю вагона на корточках Дейла, одетого в позднеосенний вариант своей любимой гавайки — таких же расцветки и узора вязаный свитер. Чипу в этом плане было легче, так как для перехода на калифорнийский зимний сезон ему достаточно было просто застегнуть куртку.

— Дейл, пошли, пока они не пришли в себя! Скоро здесь будет слишком многолюдно!

— Да, идем! А здорово получилось, ты не находишь? Настоящий праздничный фейерверк!

— Только, боюсь, не для Толстопуза! — добавил лидер Спасателей, и хохочущие друзья побежали по крыше в самый конец состава, где их ждала перекинутая на соседние вагоны веревка. Где-то справа от них в темноте по таким же крышам бежали Рокфор и Гайка. Вжик, которому в силу естественных способностей не требовались ни веревки, ни мосты, и который поэтому отвечал за закладку и поджог фитилей на самых дальних и труднодоступных вагонах, должен был прилететь последним, когда остальные уже будут садиться в «Крыло».

— Вон они! Я их вижу! Они здесь, босс! — донеслось сзади. Бурундуки обернулись и увидели Мепса, бегущего к ним с высунутым от усердия языком. Пользоваться веревочными мостиками Спасателей, соединявшими крыши сцепленных вагонов, Мепс из-за своих габаритов не мог, поэтому с вагона на вагон ему приходилось перепрыгивать, что он со страшным грохотом и делал.

— Он нас догоняет, Чип! — завопил Дейл.

— Не догонит! — уверенно ответил его друг. — Наша веревка его не выдержит, а на соседний состав ему не перепрыгнуть! Побежали, мы уже близко!

Они пропрыгали еще два вагона и добрались до веревки, протянутой на стоявшую через один путь от них сцепку. На их стороне веревка крепилась при помощи стрелы с присоской, а на той стороне была обвязана вокруг крепления наверху стоявшего на платформе контейнера. Оставалось лишь перебраться на ту сторону и отвязать веревку, и они будут вне досягаемости, а там и до «Крыла Спасателей» рукой подать…

— Вперед, Дейл! — Чип хлопнул товарища по спине, и тот уверенно и быстро заскользил по веревке. Чип еще раз оглянулся на Мепса и, убедившись, что тощий кот их не догонит, полез следом за Дейлом. Он долез до середины веревки, когда она вдруг пришла в движение, заколыхалась и задергалась из стороны в сторону.

— Что, Спасатель, попался?! Сейчас я тебе устрою «русские горки»! — приговаривал  Мепс, раскачивая веревку. Бурундук держался изо всех сил и медленно, но неуклонно продолжал продвигаться вперед, но тут привязанный к контейнеру конец веревки на очередном рывке оборвался, и он, кувыркаясь в воздухе, отправился в полет вдоль вагонов.

— ЧИП! — в ужасе закричал Дейл и бросился бегом по крышам в ту сторону, куда улетел его друг. Оказавшись как раз над местом его приземления, он обомлел. Чип лежал вниз лицом, раскинув руки и ноги, а над ним с хищной улыбкой на чешуйчатом лице склонился Бородавка. К счастью для лидера Спасателей, он долетел до вагонов с углем, и Дейлу не пришлось долго ломать голову в поисках подходящих подручных средств. Выбрав кусок угля соответствующего размера и веса, вымазавшийся в процессе с ног до головы угольной пылью бурундук сбросил снаряд вниз, прямо на голову противной ящерице. Бородавка по достоинству оценил выбор Спасателя и растянулся на земле рядом с Чипом.

— Чип! Друг! Что с тобой?! — вопил Дейл, спускаясь с вагона и подбегая к лежащему ничком товарищу. — Скажи что-нибудь, пожалуйста!

— Дейл… Нога… — ответил Чип через стиснутые от боли зубы. Дейл посмотрел на ноги друга и понял, что дело серьезное. Правая ступня, на которую, судя по всему, Чип и приземлился, была неестественно подвернута под ногу. С такой травмой не то, что бегать и прыгать по вагонам, ползти по земле и то было тяжело…

— Ага, Спасатели! Я их нашел! Я их поймал! — вывел Дейла из ступора радостный голос Крота. Обрадованный перспективой поймать для босса его самых страшных врагов и обставить всех остальных членов банды, он медленно приближался к бурундукам, широко расставив руки.

— Не тронь моего друга! — вскинулся Дейл, нахохлившись и приняв боевую стойку Монти Бальбоа. — Уходи, пока цел! А то я за себя не отвечаю!

— Ой, он такой грозный… — пробормотал несколько струсивший гангстер, бросая мимолетный взгляд на лежащего рядом Бородавку, чьи голова и плечи были сплошь черными. — Надо же, как Бородавку отделал… Надо бы что-то длинное и тяжелое, навроде лопаты. Тогда бы я двух зайцев одним ударом…

— Мы не зайцы, мы — бурундуки! — ответил ему Спасатель. Крот замешкался с внятным ответом, и бурундук так никогда и не услышал его мыслей по этому поводу. Зато услышал громкое «БЭММ!», с которым на голову подземного жителя опустился черенок совковой лопаты.

— Ух ты, лопата… Спасибо… — Крот расплылся в благодарной улыбке и упал поперек Бородавки.

— Мама мне всегда говорила, что пожарный щит — очень толковая штука! — назидательно заметил Рокфор, отряхивая ладони.

— Рокки! Ты как раз вовремя! Тут с Чипом беда! — Дейл замахал над головой руками, и австралиец бегом бросился к друзьям.

— Да-а-а, — протянул он, придирчиво осматривая ногу Чипа, — случай серьезный! Я видел такое у одного моего знакомого, зарабатывавшего себе на жизнь гонками на пингвинах. Его черно-белый напарник не рассчитал на повороте и… в общем, лечился он долго. Чипа надо срочно доставить в больницу!

— Думаю, если мы не поторопимся, в больницу надо будет срочно доставить всех нас! — заметил бурундук, дергая его за рукав и показывая в сторону уже затихающего салюта. Оттуда к ним приближался огромный, покрытый торчащей во все стороны густой серой шерстью шар. Осознание того, что у Спасателей проблемы, придало Толстопузу уверенности и сил, и он несся, прижав уши к голове и широко раскрыв рот, словно намереваясь проглотить всю троицу одним махом.

— Рокки, у тебя еще лопаты случайно не осталось? — задал Дейл глупый, но закономерный вопрос.

— Увы, с лопатами у меня сегодня накладки.

— Уходите… Оставьте меня… — услышали они слабый голос Чипа, который с обезображенным болью лицом пытался приподняться на руках и развернуться лицом в сторону Толстопуза. — Я справлюсь… Уходите…

— Э-э-э, Чип, ты не забывайся! — прикрикнул на него Рокфор. — Дейл, дружище, беги вперед и подай сигнал SOS! Я следом!

Обхватив Чипа двумя руками, силач поднял его и побежал за Дейлом. «Да, определенно надо худеть… — думал он, слыша за спиной дыхание настигающего их разъяренного кота. — Всё, с завтрашнего дня — на диету!.. Нет, с Нового Года! Потому что встречать Новый Год на диете — это, извините, ни в какие…»

— Рокки…

— Да, малыш?

— Брось меня… Со мной ты не убежишь… А так он на меня отвлечется… Он же знает, что я у нас главный, он не упустит такую возможность…

Рокки даже отвечать не стал. Во-первых, он уже давно уяснил себе, что нечего всякую глупость комментировать. А во-вторых, ему и так было тяжело дышать, а уж разговаривать…

— Платформа… кончается… — снова подал голос Чип. Он показал рукой на приближающийся белый бордюр, за которым начиналась полоса гравия, плавно переходящая в пожухлую траву.

— Вижу… — ответил австралиец, уже давно просчитывавший план дальнейших действий. Спрыгнуть, не снижая скорости, и бежать дальше? Даже при удачном приземлении потеря скорости, а если поскользнуться и загреметь, то всё, приехали… Спрыгнуть и тут же прижаться к перрону в расчете на то, что Толстопуз пролетит дальше и их не заметит? Возможно, но кот ведь тоже не дурак, да и всё равно непонятно, куда потом бежать… Дейл еще куда-то подевался… Кстати, о Дейле! Где он?!

— Рокки, не останавливайся, так и беги! — услышал он голос Дейла чуть ли не над самым ухом и едва не сделал именно то, что его просили не делать, но вовремя сдержался. У него не было времени оглядываться, чтобы узнать, что там происходит, и он всё так же бежал к самому краю перрона. «ТОРМОЗИ!» — кричал внутренний голос инстинкта самосохранения. «ПРОДОЛЖАЙ БЕЖАТЬ!» — настаивали внутренние голоса разума и опыта, и большинством голосов было принято решение скорость не сбавлять. «Интересно, что Дейл задумал? И откуда он здесь вообще взялся… И какой у него план? Чтобы я сверзился с платформы на полной скорости?.. Или разогнался и взлетел, как тот “Боинг”…»

Как оказалось, второе. Когда до конца платформы оставались считанные дюймы, Рокфор вдруг ощутил сильный рывок, и его ноги перестали чувствовать землю. Он еще некоторое время по инерции двигал ими в воздухе, но потом прекратил это бесполезное занятие и стал заворожено смотреть на проплывающие под ним гравий и траву.

— Ну, как тебе, Рокки?

Австралиец запрокинул голову и увидел прямо над собой улыбающееся лицо Дейла. А за ним, еще дальше в небе, темные очертания «Крыла Спасателей». И тут он всё понял…

— А-А-А-А!.. — услышали Спасатели донесшийся снизу сзади протяжный вопль, завершившийся громким глухим ударом и шорохом гравия.

— Что там, Дейл? — спросил Рокки. Его воротник плотно удерживался зубами установленного на конце телескопического манипулятора захвата, и никакой возможности обернуться самому у него не было.

— Да так, ничего интересного! Вагоны, рельсы… Толстопуз, вон, не успел затормозить и слетел с платформы, теперь смотрит на нас из кучи собранного жирной мордой гравия. Машет лапой и что-то кричит, наверняка пожелание приятного полета. А так — тишь да гладь!

И Дейл засмеялся настолько громко и заразительно, что не только Рокки, но даже Чип, несмотря на сильную боль, не смог удержаться от смеха.

* 5 *

Отплевываясь и отряхивая когда-то роскошный, а ныне висевший лохмотьями пиджак, Толстопуз вылез из гравия и в бессильной злобе замахал кулаком. Хотя его рот был широко раскрыт для самого громкого из всех возможных криков, кот не издавал ни звука. Он слишком запыхался, чтобы наскрести воздух даже на одно лишнее слово, да и потом, слов никаких было уже не нужно. Спасатели в очередной раз обставили его и ушли, оставив с носом. Точнее, с Мепсом.

— Смотрите, босс, что я нашел! — тощий рыжий кот подбежал к шефу и протянул ему оторванную им с вагона веревку с привязанной на конце стрелой с присоской. — Это — снаряжение Спасателей! И оно у нас в руках! Это трофей! Подарок судьбы!

— Хорош подарочек… — процедил сквозь зубы Толстопуз, глядя на пробегающую мимо процессию, возглавляемую Матье Вернье. Вот они добежали до вагонов, вот открыли двери, и вагонное депо огласил крик, в котором смешалось всё: удивление, недоверие, облегчение и безграничная радость человека, всё потерявшего, а затем обретшего вновь.

— ЭТО ОН! МОЙ ГРУЗ! — кричал Вернье, позабывший обо всем на свете и скачущий как мальчуган, узнавший, что ему завтра не надо идти в школу. — ЭТО ОНИ! МОИ ЯЩИКИ! ЭТО ИХ НОМЕРА! ЭТО ОНА! МОЯ ИКРА!

— НЕТ! ОНА МОЯ! — закричал Толстопуз, размахивая накладной. — Она моя! Моя…

Он смял документ, бывший доселе поистине золотым, а ныне не стоивший и бумаги, на которой был напечатан, и выбросил в темноту. Ну почему, почему они всегда вмешиваются? Почему всегда оказываются там, где не надо? Как им это удается?! КАК?..

— Босс, можно я оставлю это себе? Пожалуйста, босс!

— Разумеется, Мепс, разумеется… — Толстопуз взял привязанную к веревке стрелу и налепил её Мепсу на нос. — Бери, пользуйся!

— Збазибо, бозз! Бы одень добды!

Глава 2

Приемное беспокойство

 

* 1 *

8 декабря, ночь

— Пожалуйста, Лиза, чуть вниз.