DTZoN
23:00

Самоирония была для неё обычным делом.

– Господи… – Фокси, милая, ну как же ты так, а? Тебе больно? – сочувственно спросил Чип, с искренней жалостью глядевший на свою спасительницу. Он погладил её по голове, стараясь подбодрить.

– Чёрт! А мне и перевязать нечем. Фокси, ты… ты сможешь идти?

– Больно ли мне? Нет, мне очень приятно! – фыркнула та. – И не надо ничем перевязывать, само заживёт! – она посмотрела на острый металлический уголок за окном. – А что, было бы лучше налететь на него животом? – мрачно пошутила она, кривясь от боли. – Или превратиться в желе на асфальте?

Чип с трудом сдержался, чтобы не прикрикнуть на неё за такие слова. Несмотря на то, что Фокси пыталась хорохориться, он видел, что на самом деле ей очень больно. Что она изо всех сил сдерживается, чтобы не плакать. Тщетно: из уголков её глаз выкатились две большие слезы и скатились вниз по исполосованным щекам.

– Идти? – переспросила она. – Ну, попробуем! Дай руку!

Фоксглав схватилась за Чипа и рывком встала на ноги. От боли она скрипнула зубами, но снова сдержалась и даже не пикнула. Однако устоять она не смогла и, охнув, тут же осела вниз.

Бурундук подхватил её под мышки, не дав упасть, и крепко прижал к себе. Вся её фальшивая бравада мигом испарилась: Фокси заплакала, уткнувшись носом в его плечо. Чуть слышно хныкая, она отрицательно помотала головой:

– Нет, Чип, я не могу идти… слишком больно! – шепнула она сквозь слезы. – У меня аж в глазах потемнело, когда я встала. И голова страшно кружится: лететь я сейчас тоже не смогу! Чи-и-ип! ААААЙ!! КАК БОЛЬНО, ЧЕРТ!!

Летучая мышь крепко схватила Чипа за шею, чтобы не упасть, и буквально повисла на нём, поджав ногу. Она не врала: ей действительно было плохо, как никогда. Даже сквозь шерсть Чип ощутил выступивший у неё на лбу холодный пот.

Командир мигом перестал колебаться.

– Тише, тише, не плачь! Я знаю, тебе больно. Но ничего не поделаешь, придётся идти пешком! –  ответил Чип. – Гиротанка нашего больше нет… Так… Прости, но потерпи, пожалуйста! Сейчас нужно потерпеть! – с этими словами он подхватил летучую мышь на руки и направился к выходу. Фоксглав взглянула на Чипа благодарными, покрасневшими от слёз глазами и сплела крылья на его шее.

Друзья выбрались наружу, где уже вовсю хлестал дождь. Чип быстро, как смог, подошел к противоположному краю крыши. Окрестности уже начал заволакивать туман из дождевых капель. Все вокруг стало пропадать в густой сероватой мгле. Нужно было срочно определить направление.

– Фокси! Посмотри, ты знаешь этот район? Пожалуйста, скажи, что знаешь, и что твой дом недалеко!

Чип обеспокоено заметил, что с тех пор, как он очнулся, снаружи стало значительно темнее. Ветер и дождь усилились.

Щурясь от летящих капель, Фоксглав вгляделась вперед. Прошло несколько секунд, показавшихся Чипу целой вечностью. Наконец она повернула голову к нему.

– Да, знаю! Юго-западная окраина города; здесь начинаются зеленые насаждения. Мой дом в полутора километрах отсюда на юг.  Спустимся вниз, потом по главной дороге прямо, через сквер, потом через кладбище и, наконец, за его оградой будет кленовая роща. Там мой дом…

Фокси слизнула розоватые капли, катящиеся по лицу. Дождь растворил запекшуюся кровь на её лице и опоясал ранки красными разводами.

В былые времена выходить под городской дождь с открытыми повреждениями кожи было бы не самым умным решением: проще простого было получить раздражение от примесей в дождевой воде. Кислая её среда явно не способствовала бы скорейшему заживлению. Однако сейчас дожди состояли из чистой воды, вполне пригодной даже для питья. Более того, он даже вычищал ранки от мелких кусочков стекла и ржавчины.

– К-кладбище? – тревожно осведомился командир. – А кто…

– Оно не человеческое, если ты об этом! – послышался авторитетный, чуточку насмешливый голос.

– Да, да… я просто…

– Чип, все кто мог, уже умерли! – прищурившись, отрезала  Фокси. – Там уже несколько десятилетий никто не ходил!

– Вот это меня и беспокоит… Черт, темнеет! Ладно; ты как? Дотерпишь до дома?

– Нормально! Под дождем даже немного полегче! Хоть дурнота ушла! – ответила та. – Если тебе это интересно, то нога – это ещё не самое страшное. Налети я на ту штуку крылом, она бы распорола мне его до кости…

– Ладно, хватит! – заявил Чип.  – Ты, главное, не думай об этом, не думай о ноге и если что, говори со мной, а я дотащу тебя до дома!

Фокси молча посмотрела на мокрого бурундука снизу вверх. С головы Чипа текли холодные ручьи; он то и дело встряхивался.

– Расскажи мне, что с тобой было под землей! – попросила она.

 

Над мертвым городом бушевала гроза. Лил дождь, слышались громовые раскаты. От каждого порыва ветра с листвы деревьев слетали целые водопады. Быстро надвигалась ночь, и двое верных друзей направлялись подальше от темных городских развалин, туда, где ещё теплилась жизнь. Крошечный её островок…

… – И тогда мне показалось, что вот тут мне и конец! – говорил Чип, продираясь сквозь высокую холодную траву. Они с Фокси давно вымокли до нитки и теперь были похожи на облезлые мочалки, а не на пушистых зверьков. – У меня не было бы ни единого шанса; да что там – я даже на ногах не стоял! Должен сказать, я восхищен твоей храбростью, мышлением, твоей логикой, подсказавшими тебе, где меня искать! В общем, когда я уже мысленно спрашивал, кому из них четверых посчастливится меня прикончить, появилась ты и буквально выцарапала меня из их лап! Я готов был просто расплакаться…  Вот, собственно, и всё… – остальное ты знаешь. Учитывая, как настойчиво они пытались нас остановить – даже тоннель ради этого разрушили, помнишь? – учитывая это, я, похоже, и вправду СИЛЬНО их разозлил! Надеюсь, что нам удастся загнать их обратно… откуда они там вылезли – раз и навсегда!

Чип немного помолчал, переводя дыхание.

– А ты, Фокси – просто… просто… я не знаю, как тебя теперь называть; ты не только вернула мне левую руку – я действительно думал, что сломал её – ты ещё и не дала мне, по твоему меткому выражению, превратиться в бурундучиное желе! – Чип невольно содрогнулся. – На этот раз я уже ни на что почти не надеялся: ситуация выглядела СОВЕРШЕННО безвыходной. Только вот мне всё больше и больше кажется, что ТЕБЕ это слово незнакомо… Мне очень жаль, что так вышло: ты покалечилась, спасая меня… – горько закончил бурундук, шмыгая носом. – Мне, как видно, не возвратить и половины всех твоих заслуг передо мной… Ты замечательная, ты добрая, ты просто умничка!

Если бы не розовый цвет шерсти и спустившиеся сумерки, то Чип даже под дождём мог бы заметить, как густо покраснела летучая мышь. Пока он говорил, она опускала взгляд все ниже и ниже, старалась не смотреть на него, а последние слова бурундука совершенно вогнали её в краску.

Фоксглав несколько раз смущенно кашлянула и только после этого набралась храбрости ответить.

– В-впечатля-я-яющая история! – протянула она, задумчиво цыкая зубами. – Да ты гроза насекомых!! Это же надо было догадаться: использовать «тоннель», как источник света! Или утопить заживо ту крылатую… гадину!

– Ну-ну… Спасибо, конечно, но…

– Нет, я вполне серьёзно! А то, что ты сделал… как ты его там назвал? А, ну да… то, что ты сделал со «стражем» – это… уж и слов не подобрать! Так бы с ними со всеми! Эти сволочи не заслуживают нормального отношения! Даже препарирования на лабораторном столе!!

– Я не думаю, что кому-то захотелось бы их исследовать… По крайней мере, я бы не хотел при этом присутствовать, – сухо заметил бурундук.

– Не напоминай мне о научных изысканиях!! – летучая мышь злобно ощерилась и, чтобы не взвинчивать себя, быстро сменила тему:

– Мммм… ты, правда считаешь, что… Что я… кхм… Уж насчёт доброты я бы точно поспорила! По-моему, я очень даже злая и резкая… по крайней мере, теперь.

– Добро и зло, Фокси – понятия очень относительные, – послышался голос Чипа. – Самые добрые намерения порой оказываются настоящим злом… Бывает и наоборот, впрочем. Да и не придумали пока в мире определений абсолютного зла и абсолютного добра. Для каждого эти понятия свои.

– Да-а-а… тут ты прав. Это в точку, Чип! Хм… Ты не устал, а? – заботливо спросила она.

– Ничего, нормально! Не думай, что у тебя монополия на героизм! А потом, у меня выбор есть, что ли? – Чип слегка улыбнулся, в очередной раз перехватился поудобнее и двинулся дальше. На миг ему показалось, что Фокси плотнее обхватила его шею.

Порыв ветра сдул на друзей ещё одну стену воды. Часть её окатила Фокси и забежала ей в уши. Та сейчас же принялась вертеть головой.

– Бррр!! Я бы много сейчас отдал за стакан горячего чая и теплую кровать! – проворчал бурундук. – Так, стоп! Куда дальше?

Продравшись сквозь густые заросли, бурундук вывалился на широкое открытое пространство, где виднелось множество сероватых прямоугольников. Видно было не очень далеко: дальний конец кладбища уже был скрыт в сырой мгле и полумраке. Чип боязливо сглотнул. Мало ли, что могло таиться в этом сером тумане…

– Почти пришли! Теперь вон туда – прямо и направо, а выйдем – там уже крылом подать будет! – ответила Фоксглав.

– Крылом? – кротко переспросил бурундук.

– Ну хорошо, хорошо – рукой! – Так тебе больше нравится? Всё шутишь? – фыркнула летучая мышь.

– Беру пример с тебя! Как ты там говорила: «Либо плачь, либо шути» – вот я и шучу… – он нахмурился, и улыбка мигом пропала с его лица.

Страница 30 из 82« Первая...1020...2829303132...405060...Последняя »